2.
EX LIBRIS
("Северо-Запад", 1992)

Сейчас "клетчатое" дело этой серии слушается в суде, и вчерашние сослуживцы тратят большие деньги, чтобы доказать мою непричастность к собственному прошлому. В двух томах этого дела есть много интересного и нового для меня, но никто теперь не вспомнит, что "ЕХ LIBRIS", в частности, идея покойного Васи Сташенко. Именно он настоял на "умном проекте". Название придумано мной, черный цвет заливки возник, кажется, из-за купленной по случаю партии бумвинила, суперобложка в те времена была не роскошью, а средством борьбы с воровством в типографиях, ну а вялую картинку на обложке, действительно, нарисовал некий Михаил Занько, человек, которому теперь почему-то принадлежат права на нашу серию.
Что делать, идея в книгоиздании самое ценное, но именно она ничего и не стоит. Компаньоны не раз давали мне это понять.
Кстати, по-моему, именно от Сташенко я впервые и услышал такое словечко "Коркис" - собирательный образ модного писателя.

3.
АЗБУКА-FANTASY
("Азбука", 1995)

Я до сих пор жалею, что Перумов и Семенова были изданы в разном оформлении. "Летописи Хьерварда" - текст с проблесками гениальности, но отцом новой издательской моды стал "Волкодав".
Эту книгу мы с Максимом Крютченко вынесли из горящего "Северо-Запада" и подняли, как знамя. Когда Павел Борозенец придумал "Волкодаву" переплет, я попросил его добавить сверху полосочку - в память о мамочке - "желтой обложке".
"Волкодав" открыл мне глаза на русских авторов. У меня возникла такая теория, что достаточно русифицировать отработанную в "Северо- Западе" систему жанров массовой литературы, и Москва снова падет.
С русским детективом мы опоздали. Эта ниша была занята "Эксмо", и я даже не сомневаюсь, что удачи в этом больше, чем расчета.
Женский роман отечественного производства публика не приняла до сих пор.
Но в "русском fantasy" "Азбука" была сильнее всех. Возможно, и сейчас еще сильна. Вот умрет в третьем томе Волкодав, тогда серия и закроется, а пока он жив - ничего не кончилось.
Впрочем, теперь-то мне что за печаль.

4.
АЗБУКА-
КЛАССИКА
("Азбука", 1996)

Вчера я заметил, что "Азбука" сняла мою фамилию из выходных данных серии. Прощай, любимая игрушка, мой русский пингвин, "Азбука- классика".
Мне тяжело, и мысль о том, что ты будешь жить еще долго, не утешает меня.
Эту серию мы с Крютченко "срисовали" в Лондоне. Вадим Пожидаев со второй попытки сотворил известный теперь всей России дизайн, а Алексей Гордин придумал крутящиеся стойки, которые многих заставили поверить в то, что серия действительно существует.
"Классику" я любил за вседозволенность. У нее не было рамок, я мог разрешить себе такую свободу выбора, какая в принципе не доступна в серийных изданиях. Книги всех жанров, времен и народов мирно уживались на зеленой полке, которая, по-моему, уже длиннее, чем бабушка "Азбуки-классики" - "Классики и Современники".

5.
ЛИЧНАЯ
БИБЛИОТЕКА
БОРХЕСА
("Амфора", 2012)

Это придумал Борхес, мы только добавили переплет, 

6.
НОВЫЙ ВЕК
("Амфора", 2012)

Завершая свою вторую издательскую пятилетку, я мечтаю о серии, в которой можно развесить коллекцию культовых романов от авангарда до магического реализма, своего рода "желтую обложку" для повзрослевших читателей "fantasy". Я хочу собрать в ней все лучшее, что было в моей карьере от Толкиена до наших дней.
В "Новом веке" я вижу первое издание романа Павла Крусанова "Укус Ангела" и четвертое - "И объяли меня воды до души моей" Кэндзабуро Оэ. На территории этого проекта я намерен, следуя Сунь-Цзы, не столько воевать, сколько вести переговоры с конкурентами, потому что к тридцати четырем стал остро чувствовать, что жизнь моя без особых на то причин переплелась с жизнями чужих людей. Конец цитаты.
Мой старый приятель и новый директор Олег Седов бросил курить, и дым в моей голове рассеялся. Голова - главное, что я нажил, там - бесценный опыт "Северо- Запада" и "Азбуки", судьба моя не кончена, я налаживаю пращу, кручу перед собой таблицу форматов, и выбираю для "Нового века" самый загадочный.
_________